Скромное обаяние буржуазии

 СКРОМНОЕ ОБАЯНИЕ БУРЖУАЗИИ: СЛОВА И ДЕЛА ДЖОРДЖА СОРОСА – ФАСЦИНАТИВНОГО ГОЛЕМА - И ПРОИСХОЖДЕНИЕ НЕОМАЛЬТУЗИАНСТВА

1.                Слова Сороса: политическая фасцинология открытого общества

В начале ХХI в. многие народы ожидают новый социализм как некоего Мессию - хаотически возникающую альтернативу ужасному концу мира социальной несправедливости, в котором удобно устроился миллиард избранных, а внизу пирамиды пять миллиардов не имеют ни света, ни пищи. Но сами надежды на оздоравливающий хаос антимондиалисткой и антиглобалистской амальгамы сил являются продуктом глобального моделирования по сценарию управляемой катастрофы, где реальное мировое правительство руководит организацией религиозных войн, открытием и закрытием региональных рынков, приведением к покорности национальных правительств. Забавно, но Д.Сорос как ведущая фигура, хаотизирующая мировое сообщество эпохи постиндустриализма, оказался в состоянии раздвоения и расщепления между собственными словами и делами. Единственное, что Соросу остается делать – строить хорошую мину при плохой игре, то есть демонстрировать скромное обаяние крупной спекулятивной буржуазии, являющееся родовым пятном этого класса ханжей и моральных релятивистов. Все выглядит так, как если бы Сорос с обаятельной улыбкой выглядывал из зарослей марихуаны: действительно, слова квартета «Битлз» «strawberry fields forever», на самом деле, означали нечто иное, чем «земляничные поляны навсегда»…

Глобальная капиталистическая система: фундаменталистская рыночная угроза

Катастрофа глобального капитализма, очевидно, управляется («пожар идет по плану») и Д.Сорос признает ошибочность своего прогноза, поименованного парадоксально - «Капиталистическая угроза». Ведущий капиталист предупредил нас таким названием своей статьи из The Atlantic Monthly за февраль 1997 г. В ноябре 1998 г. у него вышла книга под названием «Кризис глобального капитализма. Открытое общество в опасности». В последней книге Сорос сообщает об ошибочности своих оценок перспектив глобального капитализма и классифицирует свои ошибки так: во-первых, он недооценил «способность финансовых властей предотвратить катастрофу, когда она стала представлять угрозу для центра глобальной капиталистической системы». И далее: получилось, что Федеральная резервная система США «с успехом предотвратила крах американской экономики, в то время, как Международному валютному фонду не удалось защитить экономику стран периферии, только лишний раз продемонстрировал это обстоятельство» .1Этот текст будет скрыт

Вторая ошибка капиталиста-филантропа состояла в том, что он не учел роли научно-технической революции, благодаря которой «центру удалось перевалить основной груз проблем на периферию». Он пишет: «Бум Интернет-компаний на Западе совпал с крахом развивающихся рынков. Как я мог этого не заметить? Меня ввел в заблуждение тот факт, что аналогичные технологические прорывы – появление железных дорог, изобретение электричества и телефона – имели место в ХIХ в., который тоже можно назвать эпохой глобального капитализма. Но ведь и в то время технологические эпохи вызывали как подъемы, так и спады. И это было главной ошибкой моего анализа, ошибкой, которую я не имею права ни забывать, ни замалчивать, ибо тогда я погрешу против исторической правды. Впрочем, я готов честно ее признать».2 На чем же настаивает Сорос в ходе самокритики в своей последней книге? Он стремится продемонстрировать ошибки рыночного фундаментализма и установить принципы открытого общества. Первый тезис он доказывает тем, что доказывает – «социальная справедливость находится вне пределов компетенции рыночной экономики…В результате, оказывается необходимым политическое вмешательство в экономику, которое позволило бы поддерживать стабильность и уменьшить неравенство».3 Беда же в том, что сами политические решения оказываются еще более несовершенными, чем рынок и это наблюдение дает самый мощный аргумент в пользу свободного рынка, которым рыночные фундаменталисты постоянно злоупотребляют. Эти экономические фундаменталисты вообще могут быть сравнены с религиозными ревнителями-фундаменталистами. В результате «аргументация фундаменталистов, быть может, и хороша для совершенного мира, но для субоптимального она непригодна»4.

Далее, Cорос сообщает, что он окончательно запутал читателей своим термином «открытое общество», поскольку использовал его в трех различных смыслах. Во-первых, он отождествил открытое общество с состоянием, близким к равновесному. Во-вторых, он сообщил, что открытое общество – лишь идеал, к которому можно приблизиться, но который недостижим в реальности. Эти утверждения противоречат друг другу и нарушают второй закон логики (закон противоречия), а также первый закон (закон тождества). Сорос собирается нарушить третий закон – закон исключенного третьего, по которому «третьего не дано». Он вводит третье понимание, по которому открытое общество есть цель, и к ней надо стремится. Чем это отличается от коммунизма? «Наша цель - коммунизм!», «Вперед, к коммунизму!» - такие лозунги украшали наши города много лет. Чем это отличается от линии горизонта? Существует ли открытое общество в реальности или является идеалом? Очевидно, это и то, и другое, и это весьма необычный идеал – граница и безграничность.

 Мир вообще не имеет границ, идет постепенная отмена искусственного разделения мира по линии границ. Границы окрашены кровью и люди привыкли чувствовать себя собственниками, говоря «Моя страна», «моя машина, мой дом». Существует мобильная связь без границ, «врачи без границ», «Информация без границ», спутниковое вещание без границ. Когда-то в немецком языке понятие иностранец совпадало с понятием нищий. Очевидно, что интеграция возможна только при повышении уровня жизни. Однако западные демократии, по Соросу, не могут быть названы открытыми обществами, поскольку достижение этого общества не признается их важнейшей целью и универсальным принципом, а в основе международных отношений все еще лежит принцип национального суверенитета. В свете сказанного ключевой проблемой современности, по Соросу, является проблема совместимости концепции открытого общества с принципом национального суверенитета.

Дело в том, что открытое общество как универсальная идея, скрыто предполагает принципы свободы, демократии, верховенства закона, права человека, социальную справедливость и социальную ответственность. Сорос с удивлением сообщает, что «одним из препятствий на пути к принятию открытого общества в качестве общей цели является широко распространенная неприязнь к универсальным идеям. Я обнаружил это после того, как создал сеть моих фондов, и, честно говоря, меня это открытие удивило». Люди «закрытого общества» поняли все с полуслова и вдохновились принципами открытого общества – они с энтузиазмом стали строить отделения фонда (еще бы – были вложены большие деньги и за дело взялась малая часть народа). И далее Сорос вновь удивляется: «А вот на Западе я встретил меньше понимания. Поначалу я думал, что люди Запада недостаточно сообразительны, чтобы распознать открывшиеся перед ними исторические возможности, но в конце концов вынужден был прийти к заключению, что они совершенно искренни в своем равнодушии к открытому обществу как к универсальной идее и потому не желают прилагать особых усилий, чтобы помочь бывшим коммунистическим странам в осуществлении перемен. Меня ввела в заблуждение пропаганда времен холодной войны. Все тогдашние разговоры о свободе и демократии были в первую очередь пропагандой».5 В ходе демократических реформ в странах бывшего реального социализма идеал открытого общества и там утратил свою привлекательность, поскольку люди были вынуждены вступить в борьбу за выживание и задавали себе вопрос относительно нового открытого идеала – а не цепляются ли они за устаревшие ценности? В результате Соросу пришлось подвергнуть концепцию открытого общества всестороннему пересмотру. Сутью такого пересмотра стало признание обстоятельства, что принцип подверженности универсальных принципов ошибкам также является универсальной идеей.6

Известно, что Поппер был противником определений, он настаивал на том, что следует сначала описать нечто, а потом наклеить на него ярлык и создать «изм». В результате его сочинения были переполнены «измами». На самом деле не следует определять открытое общество, но необходимо создать программу движения к его достижению – движения борьбы с врагами такого общества. Под врагами Сорос понимает не столько государства, сколько бедность, болезни, угрозы окружающей среде.7 Иначе говоря, Сорос воссоздает программу достижения глобального открытого общества как подлинного глобализма. Здесь он «снимает маску» и перестает быть анонимным участником финансового рынка – он начинает говорить о себе как о человеке, который «подорвал Английский банк» и начинает заботиться о моральной стороне становления новой глобальной империи.8

Незавершенность и гниение глобального капитализма: очарование взгляда сирены-Сороса

Сорос подчеркивает, что глобальную капиталистическую империю следует сравнить с империей, гораздо более глобальной, чем все существовавшие ранее: «Она управляет всей цивилизацией, а тех, кто находится за ее пределами, считает варварами. Это – империя без территории, поскольку она не обладает суверенитетом и присущими ему атрибутами; в действительности суверенитет отдельных государств – основной фактор, ограничивающий ее власть и влияние. Таким образом, мы имеем дело с империей, практически невидимой и не имеющей формальной структуры. … Господство рыночных ценностей встречает жесткую оппозицию со стороны разных сил – националистических, религиозных, культурных и интеллектуальных. Звучат слова о новом типе империализма. Американцу или европейцу они, конечно, режут слух, но важно понимать, какие эмоции стоят за такими высказываниями. Ведь глобальный капитализм и его плоды выглядят по-разному, если смотреть на них из центра или с периферии. В отличие от ХIХ в., когда империализм не означал ничего другого, кроме захвата колоний, нынешняя глобальная капиталистическая система по своей сути является практически полностью внетерриториальной, даже экстерриториальной. Территориями управляют государственные институты, которые нередко ограничивают экспансию капитализма. …Как указывали 150 лет назад Маркс и Энгельс, капиталистическая система превращает землю, труд и капитал в товары».9

Однако, по авторитетному мнению Сороса, современный капиталистический режим сложился в 1980 г., «поскольку именно тогда рыночный фундаментализм стал доминирующим идейным направлением в странах центра».10 Этот режим принципиально незавершен, поскольку управляет выполнением лишь экономической функции, доминирующей над всеми другими, а политические и социальные функции по-прежнему остаются прерогативой суверенных национальных государств. Первый глобальный капиталистический режим – колониализм уже был разрушен Первой мировой войной, революциями и Второй мировой войной и сегодня вторжение в сферу государственного суверенитета осуществляется куда более тонкими методами. Именно поэтому Сорос формулирует главную идею своей итоговой книги: «глобальный капитализм в том виде, в каком он существует сегодня, представляет собой незавершенную и искаженную форму глобального открытого общества. Ее слабость коренится в политических и социальных структурах, а не в экономике. Действительно, главный порок глобального капитализма заключается в его излишней однобокости: он делает чрезмерный акцент на получении прибыли и экономическом успехе, пренебрегая соображениями социального и политического характера. Этот тезис особенно верно отражает ситуацию на международной арене. Вера в то, что капитализм и демократия напрямую друг с другом связаны, очень сильна».11

Рыночный фундаментализм как идеология глобального капитализма: вынужденное признание 150 лет актуальности «Коммунистического манифеста»

Глобальный капитализм Х1Х в. был первым периодом свободного движения капитала и этот капитализм был более стабильным. Сорос отмечает, что тогда была единая валюта (золото), ныне три ключевые валюты сталкиваются между собой подобно тектоническим плитам. Если прежде Великобритания проводила свободно свою «политику канонерок» для взыскания долгов и наведения порядка в самых удаленных уголках планеты, то полицейская миссия США в конце ХХ в. столкнулась со многими трудностями в своей реализации. Новая глобальная капиталистическая система, возникшая со второй попытки в 1980 г. (первая рухнула в крахе 1929 г.), опирается на идеологию совершенной конкуренции. Предполагается, что рынки имеют тенденцию к достижению равновесия и этой точке равновесия соответствует наиболее эффективное распределение экономических ресурсов. Всякое ограничение конкуренции снижает эффективность рынков, а потому вводится абсолютное табу на вмешательство в рыночную игру. Такая идеология в Х1Х в. называлась laissez-faire. В ХХ в. возник боле удачный термин – рыночный фундаментализм. Смысл термина в том, что всякий фундаментализм есть фанатизм или вера, доведенная до крайности, которая предполагает универсальное знание и ответ на все вопросы. В Новое время место религиозного фундаментализма занял научный фундаментализм.

В Х1Х в. на статус такой фундаментальной теории претендовал марксизм, в ХХ в. в период постсовременности нового глобального капитализма это место занял рыночный фундаментализм. Свято место пусто не бывает! Однако идеология laissez-faire уже себя дискредитировала, отказ от этой идеологии был результатом Великой депрессии и продуктом появления кейнсианства. Забавно, но Сорос пишет на сей счет нечто совершенно неприемлемое для либералов-рыночников: «В начале пятидесятых, в мои студенческие годы, к идеологии laissez-faire отношение было еще более отрицательное, чем сегодня к государственному вмешательству в экономику. Представить тогда, что идеология laissez-faire может вновь вернуться на свои позиции, было невозможно. Думаю, возрождение рыночного фундаментализма связано уж никак не с его научной обоснованностью, а исключительно с верой в его магическую силу. Президент Рейган говорил о «магии рынка»; «невидимую руку», действительно, иначе, как магическим инструментом, не назовешь. Фундаментализм – это всегда черно-белая картина мира, его суждения строятся по принципу “или-или”. Если некий экономический тезис признается ошибочным, противоположный ему не может не быть верным. На этом логическом non sequitur построен как марксизм, так и рыночный фундаментализм».12

Далее, Сорос противопоставляет марксизм и фундаментализм по основному показателю: отрицание частной собственности марксизмом соответствует отрицанию государственного вмешательства в экономику. Однако в столь примитивной форме ни марксизм, ни фундаментализм не существуют. Так, Сорос описывает сложнейшие построения М.Фридмана, тонкие математические методы и огромный фактический материал, в которых простым смертным трудно разобраться. Все сложные модели фундаменталистов ориентированы на определение условий равновесия, что явно напоминает, шутит Сорос, средневековые богословские диспуты на тему: сколько ангелов может поместиться на булавочной головке. Однако полное и безоговорочное отрицание марксизма выдает Сороса с головой – он считает, что после краха советской системы влияние марксизма «практически сошло на нет», сам же марксизм дискредитировал себя еще раньше – в ходе эксцессов сталинского режима. Здесь Сорос либо ошибается, либо выдает желаемое за действительное. Относительно деградации рыночного фундаментализма с Соросом следует согласиться – это вопрос конкретный. Еще Ленин подчеркивал, что буржуазным ученым можно полностью верить в конкретных вопросах, однако их следует критиковать за идеологическую слепоту и политическую ангажированность в общих вопросах.

Так, Сорос совершенно верно оценивает феномен глобального капитализма как продукт идеологии фундаментализма: «Рыночный фундаментализм играет определяющую роль в глобальной капиталистической системе. Он направляет действия наиболее успешных ее членов, а его влияние на политику трудно переоценить. Без рыночного фундаментализма о самом существовании глобальной капиталистической системы вряд ли можно было бы говорить. Рыночный фундаментализм стал доминировать в экономике примерно с 1980 г., когда к власти в своих странах пришли Р.Рейган и М.Тэтчер. Доминирующая тенденция, связанная с международной конкуренцией за капитал, сложилась раньше – благодаря двум нефтяным кризисам и развитию оффшорного рынка евровалют, - однако только политические преобразования, осуществленные Тэтчер и Рейганом, обеспечили капиталу и предпринимательству как таковому главенствующую роль. С того времени господствующая тенденция и господствующие субъективные представления только подкрепляют друг друга».13 С такой научной оценкой фундаментализма нам остается только согласиться.

Однако, какова же действительная оценка марксизма на Западе непредвзятыми учеными? К 150-летию публикации «Манифеста коммунистической партии» в США прошла волна восторженных публикаций. Назовем только яркие заголовки этих публикаций: «Маркс был прав»,14 «Следующий мыслитель: возвращение Карла Маркса»,15 «Марксовскому шедевру – 150»,16 ряд статей о рождении «Коммунистического манифеста», новое издание «Коммунистического манифеста» 1998 г., новая интерпретация текста. Известный ученый-историк Э. Хобсбаум пишет, что если бы ему в 1991-1993 гг. сообщили, что 100 миллионов человек погибли в ходе марксистского эксперимента, он бы отрекся от марксизма. Сегодня ученый сообщает, что обстоятельства изменились и всем нам надо менять точку зрения. Во-первых, данные о 100 миллионах жертв И.Горовица завышены и ангажированы, во-вторых, массовые убийства времен Сталина, Мао и Пол Пота есть «особый вид случайности». Такие же массовые случайные убийства происходят от рака, от курения. Однако следует согласиться с тем, что было 15-20 миллионов жертв. О чем свидетельствуют эти данные? Они говорят о том, что эти утраты исторически оправданы и что рождение нового мира происходит в страшных муках и требует величайшего напряжения. Именно поэтому Хобсбаум в ответ на вопрос о своей приверженности коммунизму сегодня, после кошмаров капиталистической глобализации и постсовременности говорит, что он марксист!17 Что это – закон отрицания отрицания и возврат к коммунистической картине мира, или же формирование нового неосовременного мировоззрения как последней баррикады буржуазии перед победой труда над капиталом? Сорос признает пороки капитализма, но полагает, что они излечимы. Получается, что Сорос – последняя баррикада постиндустриализма, «конца истории» - эта баррикада оставляет человечество в мире Смерти и добровольной индоктринированной любви к Смерти, что не позволяет выйти на просторы неоиндустриального прогресса.

2.    Дела Сороса: некрофилия

Теме некрофилии посвятил отдельную работу популярный и издаваемый в период позднего социализма Э.Фромм. Наши партийные цензоры допускали к изданию его книги по причине обнаружения изначального «алиби» Фромма. Фромм, по их мнению, умело и метко критиковал капитализм как больное общество. На самом деле Фромм под видом критики Запада разрушал сами основы производительной цивилизации, базисные устои «иудеохристианства». Если в ранних работах Фромм решал вопрос «Иметь или быть?» в пользу «быть», и тем самым мог быть отождествлен с ранним Марксом с его гуманистической критикой капиталистического отчуждения, то в более поздних работах Фромм изменяется. Такова его вышедшая в 1972 г. «Анатомия человеческой деструктивности».

 Фромм определяет некрофилию как все формы общения со смертью и разрушением, особенно с интенсивными сексуальными переживаниями. Этот «гуманист» выдвигает и методы лечения некрофилии – наркотики, рок и секс в рамках контркультуры 60 гг. Он пишет, что противоположная тенденция «любви к жизни» распространена среди всех социальных групп, но особенно успешно она существует среди молодежи в виде любви к наркотикам…

Наркотиками как предметом исследования занимался Р. Санфорд. В 1965 г. он написал предисловие к работе «Утопиаты: пользование и пользователи ЛСД 25», которая вышла в серии изданий Тавистокского института, руководимого британскими мастерами психологической войны из Интеллидженс Сервис и МИ-5. Эти мастера в годы войны работали в качестве специалистов психологической службы армии ее королевского величества, а затем внесли большой вклад в выполнение американского послевоенного проекта МК-Ультра, посвященного использованию ЛСД и иных психоделиков.

 Санфорд с самого начала настаивал на легализации наркотиков и отмене антинаркотической пропаганды. Он полагал, что легкие наркотики типа марихуаны безвредны и не могут быть предметом полицейских преследований: 40 000 наркоманов могут взбудоражить нацию и повести ее вперед лучше, чем 5 миллионов реальных алкоголиков. Поэтому – долой пуританскую скромность и прочие вериги стыда. Те же аргументы сегодня повторяют представители нарколобби, сторонники легализации наркотиков – Д. Сорос и Э. Надельман. В 90 гг. члены британской Палаты лордов, включая членов королевского личного совета, превратились в открытых адвокатов легализации наркотиков. Так, ведущие журналы Сити (лондонский «Экономист» и лондонская же «Таймс») в редакционных статьях провозгласили «конец эры запрещения наркотиков». В 1996 г. Палата лордов подняла вопрос о преследовании правительством Клинтона наркомафии в Боливии. Известно, что королева Виктория, бабушка Елизаветы II, в последние 20 лет жизни была наркоманкой, а большинство членов викторианского королевского двора проводили свои ежегодные каникулы в замке Баморал, принимая кокаиновые и героиновые дозы. Эти факты, как и многие другие, позволяют западным исследователям утверждать, что Великобритания в лице ее королевской семьи ведет опиумную войну против Америки и всего мира независимых государств. При этом используется Восточно-Индийская компания, Гонконгские и шанхайские банковские корпорации как опора нелегальной торговли наркотиками. Впечатление складывается почти такое же, как если бы королева Елизавета торговала пакетиками героина на ступеньках Букингемского дворца. Более того, обычно указывается на личного дилера королевы – Джорджа Сороса.

В США Сорос за последние годы вложил 15 миллионов долларов в Фонд политики по работе с наркотиками, задачей которого является легализация наркотиков, а под крышей Института Открытого Общества в Нью-Йорке развернул работу Линдесмитовского Центра стоимостью в 5 миллионов долларов в качестве лобби по легализации наркотиков. Лично он выступал несчетное количество раз для выдвижения государственных инициатив по легализации использования наркотиков типа марихуана, героин, кокаин, ЛСД. Лоббисты фонда Сороса получают чеки на солидные суммы: мэр Балтимора К. Шмоке получил чек на 100 тысяч долларов, после чего в Балтиморе был открыт филиал Института Открытого Общества, получивший из частных фондов 25 миллионов долларов на работу в предписанном направлении. Таково лицо соросовской «толерантности» – терпимости к наркотикам. Эта работа Сороса является антиамериканской, а потому его часто именуют: «Голем. Сделано в Британии».

Сорос хранит свои деньги на Карибских островах (точнее, на нидерланских Антиллах, бывших прежде британскими или датскими колониями). Сорос находится вне сферы влияния международных финансовых полицейских служб – он в офф-шоре! Каковы истоки успеха Сороса? В интервью телевидению Си-Би-Эс 20 декабря 1998 г. Сорос сообщил о себе, что во время нацистской оккупации Венгрии он помогал конфисковывать собственность евреев, а сам выдавал себя не за еврея. После войны Сорос бежал от победителей. Он окончил Лондонскую школу экономики, где стал протеже лидера Британского аристотелевского общества философа сэра Карла Раймунда Поппера. Из образа «открытого общества» Поппера Сорос извлек ненависть к целостным и консолидированным обществам – к СССР, США, Китаю, к американскому республиканизму и к американской системе политэкономии.

В предсмертных работах Поппер доказывал происхождение коммунизма и фашизма из авторитаризма разума у Платона и его Академии, при этом Поппер отрекался от своего протеже Сороса. Однако последующие данные и утверждения самого Сороса (принимая во внимание названный им фонд «Открытое общество», содержащий таким образом прямое заимствование из названия трактата Поппера) свидетельствуют о том, что попперизм был основой самой грандиозной схемы Сороса – проекта разрушения советского общества посредством разрушения советской науки. В нее внедрялся Международный Соросовский научный фонд и в новой России возникали «соросовские профессора» с институтами толерантности.

Пропуская через себя ряд старых фондов и фирм Европы, представленных в «Новом Свете», Сорос приобрел несколько таких старых «фонди» и образовал Квантум Фонд НВ. Последний стал работать по схемам Ротшильда. Это означало, что Сорос истреблял население государств-соперников Великобритании с помощью наркотиков, а спекулятивные операции на валютном рынке разом обесценивали многолетний тяжелый труд сотен миллионов людей. Такова были ситуация в Индонезии, где доходы 220 миллионов человек в результате разовой операции Сороса упали в 6 раз. Ослабление страны приводит к расколу нации, которая начинает занимать средства у МВФ и становится жертвой диктата международных финансовых олигархических организаций.

В 1992 г. Сорос нанес удары по фунту стерлингов, который выпал из Европейской монетарной системы (потери составили несколько миллиардов долларов), затем по итальянской лире (потери составили 48 миллиардов долларов и лира все же упала по отношению к марке на 28 %). Эти операции были проведены под контролем королевы и в согласовании с антигосударственными группировками внутри национальных правительств, в результате чего была проведена окончательная приватизация государственного сектора. В условиях реализации управляемой катастрофы людям просто необходимо давать наркотики – они должны забыться под влиянием галлюциногенов, как рекомендовал О.Хаксли, и пороки должны в результате привести к общественным добродетелям, как полагал Б.Мандевиль.

Соросу выставляется счет по двум пунктам. Во-первых, он рассматривается как ведущий финансовый спекулянт, сыгравший основную роль в уничтожении независимых наций в Юго-Восточной Азии и во всем мире. Во-вторых, он обвиняется в легализации наркотиков и в спонсировании открытого письма генеральному секретарю ООН К.Аннану, призывающего к легализации наркотиков. Письмо было подписано видными политиками, включая бывшего генерального секретаря П. Де Куэльяра.

Еще в 1985 г. на конференции в Мехико по проблемам транспортировки наркотиков Л. Ларуш, президент Шиллеровского института науки и искусства, выдвинул свой план из 15 пунктов, получивший название «План войны». Этот план не реализован до сих пор, виной тому международная финансовая олигархия и ее преступные големы. Однако план не реализован по причине высокой доходности наркобизнеса. Ныне килограмм героина 40 % чистоты стоит на улице Нью-Йорка 290 000 долларов, что равно стоимости шикарного «роллс-ройса». Мировой рынок оборота наркотиков, по данным журнала, составляет 400 миллиардов долларов в США – 60 миллиардов долларов), табака – 204 миллиарда, а алкоголя – 252 миллиарда.

По делам досталось и бывшей советской диссидентской интеллигенции, попавшей в плотные объятия международных преступных фондов. Сегодня дети этих интеллигентов, народных и популярных прежде актеров уже покоятся на глубине 2 метра. Эти дети не дожили до 20 лет, зато они вкусили все прелести свободы и западной цивилизации. Одной рукой Сорос подает ученым, другой рукой он отнимает будущее и жизнь целых поколений. В этом глубинный и истинный смысл его книги «Советская система: к открытому обществу». В Библии сказано: «По плодам узнаете их».

Фасцинация расширения сознания: упоение на краю гибели

В 1975 г. директор Центрального Разведывательного Управления У. Колби отвечал на сенатском расследовании по разведывательной деятельности. Помимо прочих секретов и «семейных драгоценностей» ЦРУ Колби ответил на вопросы относительно самого секретного проекта ЦРУ по контролю над сознанием и промыванию мозгов, известный под акронимом МК-Ультра. Впоследствии выяснилось, что исполнители проекта повинны в том, что они распространяли миллионы доз ЛСД-25 в самих США и тем самым они сыграли важнейшую роль в развитии наркороксексконтркультуры постсовременности. Уже в 1953 г. директор ЦРУ А. Даллес обозначил все проекты по управлению сознанием термином «психологическая война» (точнее, и в оригинале -“brain warfare”). Эта война стала составной частью “Проекта Демократия” Д. Буша и О. Норта. В 80 гг. директор ЦРУ Р. Хелмс отдал приказ уничтожить все файлы ЦРУ по программам управления сознанием.

В начале 90 гг. был запущен в разработку новый проект МК-Ультра, посвященный экспериментированию человеческим повелением под влиянием ЛСД, марихуаны и Экстази. Программа была запущена в работу через комиссию (ответственный – доктор Д. Кесслер) по продуктам и наркотикам американской администрации при Д. Буше-старшим. В результате сенатских слушаний 70 гг. программа МК-Ультра была запрещена как абсолютно преступная после расследований и в результате многочисленных обвинений в нарушении медицинской этики экспериментаторов ЦРУ и Пентагона. Эксперименты проводились над ничего не подозревающими пациентами и душевнобольными. В дополнение к ним распространялись огромные количества галлюциногенов и наркотических средств среди Бэби-бумеров, обучающихся в колледжах, что во многом способствовало сдвигу культурной парадигмы 70 гг. Через 20 лет комиссия получила вновь разрешение для изучения эффектов марихуаны на излечение ряда следствий раковых заболеваний и СПИДа. Начались и психоделические исследования МДМА (Экстази), а также продолжились исследования начатые Т. Лири с ЛСД на заключенных.

Между тем в Великобритании в конце 90 гг. зафиксирован бум выращивания конопли. Возник новый вид конопли («Сканк»), обладающий значительно большим воздействием, чем обычная марихуана. В госпиталях врачи начали давать МДМА пациентам. После 60 смертей во время кислотных вечеринок в ночных клубах Великобритании или во время «техномузыкальных нонстоп» ночных оргий на полях применение новых средств стало достоянием общественности. Выяснилось, что в самой Англии возник золотой полумесяц – территория, где производят наркотики. Общий оборот марихуаны внутреннего производства в Англии составляет 100 миллионов фунтов стерлингов. Действуют 8 000 ферм, где производится сканк.

Марихуана является стартовым наркотиком, от которого потребители затем перемещаются к Экстази или ЛСД. Переходным звеном выступает сканк. Психотропный агент в сканке в 3-5 раз сильнее, чем в нормальной марихуане. Более того, в Англии началось лицензирование выращивания сканка. Объявляется, что конопля полезна и лошади в конюшнях Букингемского дворца каждую ночь спокойно спят на конопле. Эксперимент королевы оказался удачным и по стране разошлось мнение, что Home Office поощряет выращивание конопли.

Другим направлением новых исследований является изучение влияния наркотиков, эффекта магнитного резонанса на человеческое поведение, проводимые доктором К. Янсеном в госпитале Модсли в южном Лондоне. Выясняется, что Экстази в малых дозах повышает приток крови к мозгу и улучшает память, напротив, большие дозы разрушают мозг. Заметим, это эксперименты проводились на людях! Предполагается, что ЛСД следует давать людям, склонным к мистическому знанию. На вебсайтах исследований размещаются выступления доктора А. Хоффмана, создателя ЛСД в лабораториях фирмы Сандоз в Швейцарии. Хоффман превозносит О. Хаксли за популяризацию ЛСД и иных психоделиков в таких новеллах как «Двери восприятия», «Рай и ад». В последнем повествуется об утопическом острове Пала, где используется ЛСД («мокша-медицина») в самые важные и решающие моменты жизни. Сам Хаксли довел свою дозу до 100 миллиграммов к моменту смерти от рака в ноябре 1963 г. Поздний гуру от ЛСД, Т. Лири (издания его работ появились и у нас) занимался фандрайзингом для легализации и изучения наркотиков. Лири смешивал ЛСД, кокаин и иные наркотики и тоже умер от рака. Друзья прятали от него наркотики, ибо опасались смерти от передозировки.

Проект МК-Ультра не обошел вниманием Сорос. Он щедро давал гранты на медицинские исследования наркотиков. Общая сумма таких грантов превысила 3 миллиона долларов. Еще 2 миллиона долларов пришло от Линдесмитовского центра, который является частью соросовского института Открытого общества. Такова финансовая подплека философии постсовременности и философов, идущих на смерть в своем приветствии постсовременности и постиндустриализма.  

Каково же отношение американского истеблишмента к наркотикам? Стало известно, что Гор и Буш в 70 гг. имели серьезные проблемы с наркотиками. Так, А. Гор после возвращения из Вьетнама в 1971 г. ежедневно употреблял дозы гашиша и марихуаны вплоть до своей первой избирательной компании за место в Конгрессе в 1976 г.! Иногда он проводил целые недели в клубах дыма марихуаны в полном соответствии со студенческой традицией в Гарварде и в память о днях армейского репортера во Вьетнаме. Буш-младший также имел проблемы с кокаином в 1972 г., от скандала его спас высокопоставленный отец. Оба сообщили прессе, что в молодости они делали те глупости, которые обычно делают молодые люди. Повзрослев, они стали серьезнее и делают более серьезные глупости…

Фармакологическая революция против культуры: фасцинативное удовольствие

В 1985 г. мировой оборот с продаж наркотиков составлял 259 миллиардов долларов, через 10 лет он уже составил 521 миллиарда долларов. Оборот героина вырос с 30 до 122 миллиардов, марихуана подросла с 79 до 163 миллиардов, кокаин вырос немного со 102 до 104 миллиардов, синтетические наркотики с 48 до 132 миллиардов долларов. За этими чудовищными числами стоит британская королевская семья. В это трудно поверить, но это так. Л. Ларуш прямо указывает, что убийство миллионов невинных людей А. Гитлером и уничтожение современного человечества Виндзорским двором идентичны. Они подлежат критерию Нюрнбергского Трибунала: «знал или должен был знать». Документы свидетельствуют, что 94 % легального и нелегального производства опиума (источника смертоносного героина) в мире принадлежат Британии. Колумбийская наркодиктатура объявляется палатой лордов образцом демократии, а на тревогу США относительно колумбийских наркобаронов британская медиа дает ответ – «Это их проблема».

Белиз, граничащий с Мексикой, входит в Содружество наций, и играет важнейшую роль в транспорте наркотиков через Мексику в США, а наркотеррористическая Запатистская Национально-Освободительная армия была создана британской разведкой для реализации целого ряда аналогичных проектов по всему миру, а также как тренировочная база для антиглобализаторов всего мира. Наиболее важным в данном списке является контроль за операциями по отмыванию грязных денег, полученных от международной наркоторговли. Британии принадлежит и в этом отстирочном деле контрольный пакет акций – 52 %.

К 521 миллиарду чистой прибыли от наркоторговли следует добавить 200 миллиардов долларов укрытых от налогов, 125 миллиардов от утечки капитала, 100 миллиардов от нелегального игорного бизнеса и проституции, 100 миллиардов от контрабанды товаров и 70 миллиардов от нелегальной торговли оружием. Образуется годовой триллионный поток грязных денег. На этом миллиарде стоит весь спекулятивный финансовый пузырь планеты – 75 миллиардов долларов. Стоит только убрать поток грязных отмытых денег и вся чудовищная пирамида рухнет в одночасье.

Итак, за 10 лет рост оборота составил 101 %! Героин охватил 5 миллионов приверженцев в странах Третьего мира (в Пакистане, например), где проживают 70 % потребителей героина. Марихуана остается наркотиком, который «предпочитают» в США более 10 миллионов человек в год, по другим данным более 72 миллионов американцев используют марихуану нелегально и анонимно. В результате потребление только этого наркотика выросло в 2 раза за десять лет!

Налицо фармакологическая революция в Европе и США. Формируются рынки потребителей синтетических наркотиков – Экстаз и Кэт (Метакатонин). Эти средства используются в техномузыке, которая разрушает сознание потребителей. Техномузыка является последней формой искажения рокнаркосекскультуры. Так, в Германии около 2 миллионов представителей среднего класса (студентов, представителей фирм по продажам, администраторов и специалистов по компьютерам) принимают участие в кислотных вечеринках. 56 % из указанных посетителей участвуют в техновечеринках раз в неделю, а 22 % более чем два раза в неделю. Большинство рейверов используют Экстази (МДА) для того, чтобы вбросить себя в наркотическое трансовое состояние в течение долгих ночных часов техноклубов. Часто танцы продолжаются весь уикэнд и превращаются в данс-марафон под оглушающий рев компьютерной музыки и повторяющихся звуков с мощностью 85-120 децибел.

Новейшая технореволюция подобна битломании 80 гг. Так, Берлинский Фестиваль любви 1995 г. (Парад любви в мае 1995 г.) как кислотный праздник собрал более 350 000 человек. Он был результатом рекламной компании, субсидированой сигаретными компаниями Мальборо и Кэмел, а также фирмой Адидас. Берлинский фестиваль воспроизводил на новом уровне Вудстокский фестиваль и втягивал полмиллиона германской молодежи в кислотные вечеринки еженедельно.

Синтетические наркотики обладают усиленной мощью. При идентификации наркотиков они становятся объектом поисков полиции и космического наблюдения, однако, раз в месяц возникает некий ранее не известный наркотик. Так, первый аналог фентанила возник в графстве Оранж в Калифорнии в 1979 г., а к 1981 г. было выявлено уже 7 видов наркотиков нового типа. В результате взрывообразного появления новых наркотиков молодежь танцует под техномузыку компьютерного образца с использованием синтетических наркотиков. Новые наркотики приносят гигантскую прибыль: вложение 2 000 долларов в уличную торговлю дает миллиардную прибыль! Эти наркотики очень чисты и 200 граммов фентанила дает 200 миллионов доз. Использование синтетических наркотиков ставит вопрос о поиске подпольных химических лабораторий и создании палат интенсивной терапии в каждом госпитале для излечения от передозировки наркотиков. Синтетические наркотики способны заменить натуральные и в наиболее продвинутых секторах потребителей приветствуются именно синтетические наркотики. В результате их потребления человек окончательно становится машиной. Спрашивается, кто же такой Сорос, превращающий человека в машину? Сам – голем! Но не самый продвинутый из големов. Можно привести более впечатляющие примеры.

 НЕКРАСОВ С.Н.

Читать полностью  

http://rpr.ur.ru/klub/publicisti/nekrasov/2008/3/2...